Сайт Виталия Коваленко

Главная | Регистрация | Вход
Понедельник, 23.10.2017, 12:24
Приветствую Вас Гость | RSS
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 3123»
Модератор форума: Виталий 
Форум » Основной » Книжный клуб » Архиепископ Иоанн (Шаховской). Книга свидетельств. (Нью-Иорк, 1965)
Архиепископ Иоанн (Шаховской). Книга свидетельств.
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:42 | Сообщение # 1
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
О ТАЙНЕ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ЖИЗНИ

Американское общество в начале 50-х годов было взволновано поступком одного провинциального доктора. Уколом шприца, из чувства жалости, он прекратил жизнь своей безнадежно-больной пациентки.
Нашлись защитники его поступка; они не хотели учитывать возможности логического развития в мире такой неограниченной — и желающей быть непогрешимой — человеческой жалости. Идея милосердия, и тем более ее чувство, представляются некоторым людям чем-то стоящим выше всех законов Божьих и человеческих. Но истина в том, что все — и милосердие тоже — следует понимать в истинном духе и разуме. Если сегодня мы узаконим искусственное лишение жизни так наз. «безнадежно-больных», хотя бы за час до их предполагаемого последнего вздоха, то завтра такое человеколюбие пришло бы к выводу о необходимости искусственно кончать жизнь больных за неделю до их возможной смерти. Далее — за месяц, за год, за 10 лет, за 25 лет... Если люди вступят на путь оправдания и легализации медицинских убийств из чувства гуманности, они легко перейдут от него к чувству целесообразности такого милосердия, и с этим чувством легко дойдут до умерщвления своих ближних в самых широких, тоталитарных масштабах. Идея экономической целесообразности, расовой чистоты, классовой политики, и тому подобные идеи, как идолы, будут требовать себе человеческих жертв. А уж в определении дефективности живого существа не будет границ горделивому (даже в своей жалости), человеческому утилитаризму, владеющему всеми техническими достижениями цивилизации.
Если бы доктор только отказался искусственно поддерживать жизнь умирающей пациентки — это могло бы быть актом человеколюбия... Но он решил — «из милосердия» насильственно ускорить ее смерть... Этот путь ему не был дан ни как врачу, ни как человеку.
Национал-социалистическая «гуманность» к безнадежно больным и дефективным (оборотная сторона «гуманности» к партийцам, как гражданам первого сорта, нуждающимся в лучшем питании и лучшей среде, для защиты своей партии и страны) логически привела к умерщвлению «гуманным», медицинским способом сотен тысяч больных стариков, душевно-больных и дефективных в больничных учреждениях. Их свозили в один из четырех специальных «коричневых» госпиталей Германии, откуда их родственники получали вскоре довольно корректное извещение о внезапной смерти и совершившейся кремации своего близкого. Апеллировать было не к кому и незачем. Кто мог, лихорадочно собирал последние гроши и спасал своих близких в частных лечебницах. Католические и евангельские больницы и учреждения мужественно боролись за удержание у себя и спасение своих больных. Нельзя не преклониться перед героической борьбой пастора Бодельшвинга, директора известного Германии учреждения для дефективных «Бетель» около Билефельда. Бодельшвинг имел целый больничный городок для дефективных беззащитных человеческих существ, каждое из которых было, может быть пред Богом гораздо ценнее и выше всех громких деятелей эпохи.
Так называемое «социальное христианство» Германии и Европы оказалось, в те ответственные годы, на высоте. Католические больницы были образцом человеколюбия и застрахованности от «человеколюбивых» пилюль и шприцев. Примеры эти достаточны. Проблема доктора Сандерса не есть, в сущности, проблема жалости и милосердия — это проблема самого смысла, самой цели жизни человека в мире. Это также проблема и медицины, которая призвана служить человеку, а не распоряжаться его жизнью.

 
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:42 | Сообщение # 2
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
Конечно, врач, в случае безнадежности больного, имеет право не применять медицинские средства, искусственно удлиняющие агонию. Но врач имеет также власть и долг сделать все, чтобы медицински и человечески облегчить и утешить больного. И именно здесь совершается последнее служение земного врача, на которое ему дается дар знания и жалости к человеку.
Что есть грех? В чем — грех? Грех — это своевольный переход человеком черты, Свыше ему определенной, выход за круг Закона, ему данного. Медицине очерчен круг ее служения: помощь людям, во врачевании их болезней, в их исцелении, а также в утолении и облегчении человеческих страданий.
Дело Сандерса и недавний Льежский процесс родителей, умертвив-ших с помощью доктора своего деформированного (безрукого) ребенка, открывают проблему появления в мире и нужности человеческой жизни как таковой. К нужности создаваемой человеческой жизни в мире, к ее смыслу последнему, нельзя относиться ни поверхностно, ни утилитарно. То, что иному человеку кажется «ненужным», может быть, на самом деле очень нужно и необходимо человечеству, в его целом. Нужно делу Божьему в мире.
Каков смысл самого факта рождения и пребывания в мире дефективности человеческой и какова же настоящая гуманность в ее отношении?
Дефективность является нам в разных видах... Мать, рождающая чернокожего ребенка в каком-нибудь Оксфорде, штата Миссисипи, или Иоганнесбурге, Южной Африки, самим фактом рождения обрекает уже свое дитя на известного рода невинные страдания в жизни; и тем большими будут эти страдания, чем более ребенок ее будет здоров, умен и активен, когда вырастет. И вот, допустив в себе самовольное чувство гуманности, не ограниченное Божьей правдой, мать чернокожего ребенка в этих областях может тоже убить «из жалости» свое дитя. Убить и сказать обществу: «Да, я лишила его жизни, потому что знала, что его жизнь будет цепью мучений душевных, которые еще глубже телесных. Быть чернокожим в ваших местах — это быть дефективным и страдающим всю жизнь в самом глубоком смысле. Я избавила моего ребенка от этого страдания». Такое «материнское» рассуждение имело бы вполне «льежскую» логику, и оно было бы также несоответственно высшему, религиозному пониманию жизни. Остается оно грешным и при других таких же «гуманитарных» рассуждениях людей, берущих на себя право самовольно прекращать жизнь какого-либо человека, старого или малого. С точки зрения религиозной, жизнь человека имеет не только глубокий смысл, но и великую цель; вот о чем не нужно забывать, особенно при испытаниях. Жизнь есть, во-первых, выявитель реальности духовной в мире, т. е силы Божьей и отпадения человека от Божьей Гармонии, впадения его в грех, в дисгармонию, о чем ясно говорит библейское и евангельское откровение. И раскрытие смысла жизни есть указание людям, что им надо делать пред этой дефективностью, как своей, так и ближнего. Практическая транспозиция смысла жизни есть, несомненно, милосердие ко всему слабому, помощь всему дефективному и восполнение всего убогого. Тут дело совсем не в схоластических рассуждениях: «кто виноват» в рождении дефективного или слепорожденного, подобного евангельскому. Все дети этого мира, в сущности, являются «дефективными» в том смысле, что все рождаются с семенем болезней и несут в себе смерть. В этом смысл ответа Христова на вопрос о том, кто виновен в рождении слепого (Ин. 9, 2-3). Разница между «дефективностью» тех или других людей, в сущности, только количественная с точки зрения высшей истины и полноты жизни. И все нуждаются в милости Божией и - отраженной - человеческой.
 
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:43 | Сообщение # 3
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
Я никогда не забуду своего посещения в 30-е годы в Германии этого городка для дефективных людей и детей, «Бетель» пастора Бодельшвинга; каждое здание там носило библейское наименование... Помню, меня ввели в чистую, уютную комнату, где на белоснежной кровати лежало существо, которое не решишься назвать ребенком. Это был ребенок, но очень деформированный; быть может, мать, когда его носила, что-то делала такое, что отнимает благодать от человека; может быть, пила или прибегала к каким-либо пилюлям, чтобы освободиться от своего материнства... Во всяком случае, всегда знаком какого-то отсутствия любви в мире является плод, требующий от нас, людей, в мире особой любви. И эту любовь, которую родители не могли — или не хотели — дать несчастному ребенку, дала ему истинно-христианская, благословенна организация «Бетель». Я видел там специальный, и как бы светящийся любовью, уход за этим уродцем; а в нем, в уродце, жила и светилась бессмертная человеческая душа — душа, которая, может быть, была гораздо выше и драгоценней перед Богом многих обществом прославленных душ в этом городе, в этой стране... Это была душа, распятая в своем теле, по образу Христову, и бессмертная душа эта, живая в бесформенном теле, почти без тела, была окружена особой заботой и любовью во Христе Над кроваткой этого младенца, жертвы грехов нашего мира, висел дощечка с трогательной надписью: «И меня любит Бог». И тут это не звучало риторикой. Сделали эти слова истиной люди, познавшие Божьи любовь. Они несли этому существу не только свою любовь, но и Божью. И это был единственно возможный, безусловно-верный ответ человечества на все страдания и на все уродства мира: нести любовь... Это был ответ и на всю казуистику верующих и атеистов, «богословов» и «не богословов!».
Всякое обострение в мире зла, уродства, страдания есть, в сущности благовест, небесный зов к усилению в людях, умножению и углублении любви.
Несчастная льежская мать этого не поняла. Никто не может бросит в нее камень. Она не знала, она не верила, что на нее была возложен высочайшая и святейшая задача: быть матерью такого ребенка... И оттого она убила беззащитное, ей доверенное существо... Конечно, ей были даны силы для ее материнского подвига, но свобода ее духа оставалась нерушимой, и она воспользовалась ею не для того, чтобы принять волю Божию, крест свой, а для того, чтобы не принять Божьей воли и сбросить с себя свой крест.
Материалистическая диалектика нас ничуть не интересует. Мы знаем лишь ту великую реальность, которая открывается опыту духа и веры. Что испытает эта несчастная мать, встретив, после своей смерти душу своего, ею рожденного и ею убитого беззащитного младенца?.. На этих, именно, трагических перекрестках жизни всегда встречаются две этики, две психологии: религиозная, «духовная», и — житейская, «плотская». И человек всегда свободен решать свои жизненные проблемы в духе одной или в духе другой. Третьего не дано.
Последняя трагическая истина, связанная с проблемой доктора Сандерса и льежской матери, в том, что все мы, люди, живем на этой земле временно. И, с точки зрения материалистической, все безнадежны! А рассуждая религиозно, мы все дефективны. «Канон» нормального человека — только Христос. И в нас во всех этот образ распят. Мы все «уродцы»! Если не физические, то — гораздо хуже — нравственные... И глубокий, чудесный смысл нашей земной жизни и истории кроется не в одних только радостях встреч с аполлоническими формами, но и во встречах со страданиями, с неудачами и человеческими дефективностями. И только перспектива Вечной жизни бросает верный свет на смысл данного нам бытия или события. И человек всегда свободен этот свет принять или не принять... Оттого так светло переносят одни люди свои, даже большие страдания, а другие не могут вытерпеть и самых малых трудностей. Не мерой принимает человек Духа. И чем больше у него сознания воли Отца и приятия ее, тем более понимания того, что Исаак Сирин назвал «пламенем вещей».
А вне этого высшего сознания нет у человека критерия ни для различения добра и зла, ни для видения истины.
 
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:44 | Сообщение # 4
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
БИОСФЕРА И НООСФЕРА

Свобода есть ценность высокой человечности. Она состоит не в том, чтобы человек выбирал себе родителей, страну, день рождения... Это все дается в тайне жизни. Но, получив земное существование, способности и таланты, человек призван создавать, данной ему силой, лучшую жизнь, готовясь и другим помогая готовиться к Жизни Вечной... «Верный в малом и во многом верен будет» (Лк. XVI, 10).
Дар науки, техники — это помощь земной жизни, устроению все умножающегося человечества. Но искусственные спутники земли, ракеты и вычислительные машины не есть еще прогресс добра, доброй воли и правды. Техника одинаково служит добру и злу, и ее прогресс не есть прогресс человечности... Мы знаем — пользуясь усовершенствованной техникой, люди умерщвляли миллионы других людей. Польза техники будет всегда определяться нравственным уровнем людей. И научное достижение, не сопровождаемое равным ему достижением духовной ответственности человека, будет обращаться в оружие, несущее страдание и гибель.
И после всякого достижения в области техники и науки надо спрашивать себя: а достаточно ли у человека нравственных сил для удержания себя от попытки, при помощи данного технического достижения, распространить в мире свой эгоизм, свою алчность и властолюбие? Пойдет ли этот новый источник сил на пользу всем людям? Поймет ли человечество еще глубже цель и смысл своей жизни?
Тождественны для всех людей законы умственного, логического порядка, естественно для всех стремление к добру, единству, истине; все ищут блага, и одинаков повсюду характер нравственных критериев и ошибок людей. Единство человеческого рода явно проявляется и в материальной и в духовной области. И, где бы ни жил человек, он всюду хочет облагородить, украсить и возвысить свою жизнь. Музыка, архитектура, живопись, поэзия, многообразное искание гармонии добра и радости свойственны людям всех племен и народов. Человек носит на себе печать предназначения к высшей гармонии жизни, к Царству Божьему.
Во всех народах жила и живет вера в Творца и в высший мир души. Нет народа без такой веры. И возникшие в процессе роста человеческого сознания религиозные образы, идеи и символы показывают, что духовная Жизнь — самый глубокий пласт человеческой личности (и это хорошо открыл миру Карл Юнг). Нет, дух и личность не «надстройка» над Физиологической потребностью человека! Это сама его Высшая Жизнь.
И уже чисто научно определены понятия «биосферы» и «ноосферы».
Биосфера — область органической жизни, а ноосфера — область духа (слово это происходит от греческого «нус», дух). Человек имеет обе сферы (державинское: «...я телом в прахе истлеваю, умом — громам повелеваю»).
Мы, люди, обладаем способностью и даже потребностью абсолютизирования, нам ясна неизбежность для нас Абсолюта. Если Бог отвергнут. Абсолют разыскивается и утверждается на ложных путях. Осознают ли люди это или не осознают, но они все тоскуют, в глубине своего существа, по абсолютному Свету и томятся по неумирающему Добру по торжествующей, полной, не частичной и не партийной Правде. Мы, люди, скучаем по совершенной Красоте, полной Справедливости в жизни по Простоте, по Чистоте, по неумирающей, не разбивающейся в прах Любви.
И в Живом Боге, Творце и Хозяине жизни, среди своего несовер-шенства, мы находим эту Полноту. Ни в чем ином ее нельзя найти. И, как бы себя ни называл человек — «верующим», «неверующим», «агностиком» и т. д.,— основа его жизни всегда одна, она — духовна и нравственна. И, лишь находя свою жизнь в Боге, человек осуществляет себя. От степени сочетания Света Вечного с временной жизнью человека зависит вечная жизнь его.
Закрытость человека для «ноосферы», ограничение сознания «био-сферой», выражается в атеизме. Мотивы атеизма и его предлоги различны. В тайне своей свободы человек иногда просто иррационально отталки¬вается от Сияющего Абсолюта... Здесь подоплека неверия. Но «сеющий в плоть свою от плоти пожнет тление; а сеющий в дух от духа пожнет жизнь вечную» (Гал. 6, 8). Как дети, мир которых ограничен окружающими их предметами, неверующие в духовный мир люди ограничивают себя лишь биосферой. Но без веры и им обойтись нельзя; их вера в материю, как источник их собственного бытия, есть, конечно, псевдорелигия.
 
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:45 | Сообщение # 5
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
Реальности «совести», «добра», «зла», «закона» несводимы к биосфере; это — духовные понятия и нравственные ценности. И в основе всех преступлений человеческих и эксплуатаций человека человеком (как частных, так и государственных) всегда лежит не какое-либо «материальное» зло, а чисто духовное, исходящее от духа, противоположного любви. Никакие социальные программы, политические режимы, общественные порядки или научные достижения, никакой технический прогресс в мире, сами по себе, не в силах освободить людей от их — не-любви, от их зла, страдания, болезней и смерти... Свободу от этого человек может получить только во Христе — в Боге. И открытая в Евангелии истина ослепительной любви Бога к людям, и возможность нашей ответной удиви¬тельной человеческой любви к Богу — и друг к другу в Боге — есть торжество ноосферы.
Дух — не «идеалистическое» понятие и не абстрактная идея. Это ве-личайшая реальность человечества. Это та «ветвь» в человеке, которой прикрепляется человек к лозе Вечной Жизни. И, во время прощальной Своей беседы с учениками, Христос сказал об этом: «Я есть истинная виноградная лоза, а Отец Мой — виноградарь. Всякую у Меня ветвь, не приносящую плода, Он отсекает; и всякую, приносящую плод, очищает, что более принесла плода».
О биологической и духовной жизни сказал очень ярко Спаситель Никодиму. «Истинно, истинно говорю тебе: если кто не родится свышее, не может увидеть Царствия Божия». Никодим говорит Ему: «Как может человек родиться, будучи стар? Неужели может он в другой раз войти в утробу своей матери и родиться»? Иисус отвечал: «Истинно, истинн. говорю тебе: если кто не родится от воды и Духа, не может войти Царствие Божие. Рожденное от плоти есть плоть, а рожденное от Дух есть дух».
По законам биологии сначала бывает рождение, а потом смерть по закону духа сначала смерть, и потом Жизнь. Никодим сразу это не мог понять; он рассуждал житейски, «биологически». Но он искал истину и она ему открылась. Он увидел в себе новую жизнь.
В своей книге «Быть или не быть» один из самых замечательных английских писателей С. S. Lewis говорит, что в христианской истине более всего поражает то, что, отдавая себя Христу, «погубляя» свое я во Христе, мы становимся «новой тварью», «сынами Божьими». Но разве, спрашивает он, мы уже не сыны Божии? Ведь Бог есть Отец всех людей, это одно из главных утверждений и самого христианства. Да, но когда откровение говорит, что мы станем сынами Божиими, оно это утверждает совсем в особом смысле. И тут сущность христианской веры. Христос рожден «прежде всех веков, как Свет от Света, Бог истинный от Бога истинного». А на земле Христос родился как человек... «Родить» — значит стать отцом; «сотворить» — означает сделать, сфабриковать. Рождают себе подобных: человек — детей, бобр — детенышей, птица — несет яйца, из которых выходят птенцы. А создать что-либо, значит, сделать нечто иное, чем мы сами. Птица вьет гнездо; бобр делает запруду; человек мастерит радиоприемник или что-нибудь даже похожее на себя, как, например, картину или статую. Скульптор может изваять фигуру, которая будет совсем похожа на человека, но она не будет человеком. В этом изображении человека не будет ни духа, ни мысли, ни жизни.
Рождает Бог только Бога; а человек — только человека. И сотворенное Богом — не Бог. И созданное человеком — не человек. Все люди становятся во Христе «сынами Божьими», но не в том смысле, в каком Сам Христос является «Сыном Божьим». Мы можем уподобиться Богу, «обожествиться», но не являемся существами божественной природы. Сотворенные, мы носим в себе «образ Божий», как статуя носит в себе образ человека. Своей свободной волей, истинной верой мы можем войти в Дух Божий и стать «подобными» Богу. В этом и состоит как раз вся цель человеческой жизни...
 
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:45 | Сообщение # 6
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
Люис очень умно говорит, что все созданное Богом носит на себе истину богоподобия. Пространство подобно Богу в своем безмерном величии, в своей безграничности, хотя эта безграничность другой природы, чем безграничность Божья (кажущаяся нам безграничность пространства есть лишь символ и транспозиция Божьей безграничности). Материя богоподобна заключенной в ней энергией, но физическая энергия материи есть тоже нечто совсем иное, чем божественная сила, создавшая мир. Растительный мир «подобен» Богу, так как имеет жизнь, а Бог есть — Жизнь. Биологическая жизнь опять, конечно, совсем не то, что Жизнь Духа Божия, а есть только символ и тень высшей Жизни. Интенсивная Жизнедеятельность, плодовитость насекомых изображает действующую, творческую волю Божию... В инстинкте млекопитающих отражаются высшие чувства привязанности, преданности, дружбы. Это совсем не то, что великая Любовь Божия, и есть лишь картина любви и дружбы, «написанная на холсте», а не реальность любви... Наконец, человек, высшая форма тварного существа, носит и наиболее совершенный образ Божий в той нравственной свободе своей, которая ведет его к усыновле¬нию Богу. Человек не только любит и мыслит, и биологическая жизнь в нем достигает самого высокого своего уровня, но он еще обладает, по своей природе, и жизнью духа. Человек есть образ Божий; печать абсолютной и свободной нравственной Личности Божьей.
Слово «жизнь» имеет двоякое значение. Природная биологическая жизнь, ведущая к уничтожению и смерти и сохраняющаяся лишь при непрестанной поддержке природы (воздуха, воды, питания и т. д.), есть Биос. А жизнь, которая вызвала к бытию природный мир, есть — Зоэ. И Зоэ может оживить, воскресить в вечность человека.
Различие между биологической и духовной жизнью очень большое Настолько большое, что у этих родов жизни должны быть разные наименования. Биос есть только подобие Зоэ. Сходство между ними не большее чем то, которое существует между фотографией пейзажа и самим пейзажем, статуей человека и самим человеком. И переход от Биоса к Зоэ — такой же большой скачок, как переход от статуи к человеку.
И Люис приводит одно тонкое и верное толкование христианской веры: «Мир — огромная мастерская Скульптора. Люди в этой мастерской — статуи. Но по мастерской «ползет слух», что некоторые из нас в какой-то момент должны стать живыми»...
Жизнь природная, Биос, и жизнь духовная, Зоэ, настолько различны, что фактически противоположны в человеке. «Природная» жизнь в нас, людях, эгоцентрична, ищет ублажения себя, господства над другими; стремится, чтобы все ею восхищались; любит пользоваться чужой жизнью, эгоистически эксплуатирует всех ради своей выгоды («выгоду» свою к тому же понимая очень узко и превратно!). И эта «природная», смертная жизнь хочет быть «независимой», предоставленной только самой себе. Оттого она пытается держаться вдали от того, что сильнее ее и выше ее. Ей больно осознавать свое ничтожество... От этого она «отрицает» Бога. Здесь корень атеизма людей... «Натуральная», «природная» жизнь боится Света, великой Чистоты духовного мира. И «природная» эта эгоистическая жизнь, Биос, в каком-то смысле права, опасаясь Зоэ, Жизни Высшей, так как если высшая Жизнь ее поглотит, эгоцентризм ее, т. е. она сама уничтожится; а она держится за «себя» в своем эгоцентризме. И она бывает готова вести беспощадную борьбу со Светом Божьим, в попытке избежать уничтожения или его отсрочить. Известна молитва блаженного Августина, когда в нем еще шла борьба между влекшей его Благодатью и греховной его природой: «Боже спаси меня, но... не сейчас... немного подожди...»
Чтобы человек воскрес во славе Божьей, его природный эгоцентризм должен уничтожиться. И это осуществляется во Христе. Человек призван возлюбить Бога и ближнего не «как самого себя» только, но — больше, чем себя! Как Христос возлюбил людей, им надо любить друг друга. Эта любовь дается во Христе, Который дал Себя всем.
Люис образно говорит о творческой смерти и воскресении как высшем осуществлении нашей жизни: дети часто представляют себе игрушечных оловянных солдатиков вдруг оживающими, ожившими. Оловянная фигурка превращается в живого человека! Но понравилось бы такое превращение самой оловянной фигурке? Ей ведь безразлично то, что мы так ценим и называем жизнью. В приобщении своем к нашей жизни она, может быть, увидела бы только... порчу олова? Узнав о намерении нашем дать ей жизнь, оловянная фигурка, может быть, сочла бы, что мы ее хотим убить? И — постаралась бы помешать нам совершить такое преступление, превратить ее в живого человека!
 
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:46 | Сообщение # 7
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
Неизвестно, как мы поступили бы с таким упорным оловянным солдатиком, не желающим нашей жизни. Но вот Бог превращает нас в Живых, а мы, слепые люди, так противимся этому, так боимся этого, так держимся за свою «материю». Мы или совсем не хотим Вечной Жизни, или очень немного ее хотим, а больше хотим жизни животно эгоцентрической.
Второе Лицо Единого Бога, Сын Божий, «нас ради человек и нашего ради спасения», стал Человеком во всем нам подобным, кроме грех и заговорил с нами на нашем человеческом языке. Он, сотворивши все галаксии вселенной, стал подобным нам человеком — сначала маленьким ребенком, после Своего зачатия в утробе женщины... Чтоб это все хоть немного понять, спросим себя, захотели ли бы мы сделаться бациллой, мухой или червяком?
Христос есть начало Нового Человечества... Именно того, в которої природная жизнь соединилась с Жизнью Божественной. В Личности Иисуса Христа человечество достигло своего полного и последней нравственного развития, совершенства и назначения, вошло до конца Божественную Жизнь.
И, так как наша эгоистическая, «животная» жизнь должна отречься от «себя», возненавидеть свою ограниченность, свое зло, и умереть для своего эгоизма, то Христос избрал, в Своей земной жизни, то, что Он назвал «узким путем»: бедность, простоту, непонимание, даже со стороны близких, измену друзей и страдальческую смерть. И наша человеческая природа, подвергшаяся смерти во Христе (и, в сущности, подвергавшаяся смерти каждый день Его земной жизни), воскресла во Христе. Воскресла так как была соединена с Самим Словом Божьим, Логосом.
В первый раз за всю свою историю люди, глядя на Христа, видели настоящего Человека. «Такой же человек», как мы, вдруг стал Живым, в высшем, бессмертном смысле!
Здесь уже сравнение человека с оловянной фигуркой или каменной статуей не подходит. Воскресение какой-либо статуи не принесло бы пользы ни одной другой статуе — неодушевленные предметы друг с другом внутренне не связаны. А люди, столь различные во многом, органически связаны друг с другом и составляют целое человеческое естество. Каждый из нас составлял некогда часть своей матери, а еще раньше — своего отца; и родители наши составляли, в свое время, часть своих родителей. Развертывая человечество во времени (так, как его видит Бог), мы, люди, увидим себя не в виде отдельных, не связанных друг с другом существ, а в некоем чудесном единстве большого, растущего, ветвистого дерева. Оттого так важна, так отвечает самой сущности жизни заповедь о любви человека к Богу и человеку... И чем более соединяется человек с Богом, тем более соединяется он с другим человеком. И чем более любит чистой любовью человека, тем более близок к Богу. Приняв человечество, Христос божественно соединился с каждым из нас; и всех, кто хочет быть в Нем, соединяет с Отцом. Он — Спаситель тех, кто принимает свое спасение в Божьей Любви.
Но что же Христос изменил в человечестве? Не осталась ли история Мира все той же? Внешне — да. Внешне пока остается все старое до Конца истории. Но среди этой старой истории, с ее бесчисленными войнами, раздорами, болезнями и смертью, совершается, в верующих людях, огромной, бесконечной важности процесс — внутреннего перехода человека от Биоса к Зоэ, от биологической эфемерности — к духовной реальности. И всякий человек, кто бы он ни был, силой Христовой, может сейчас мгновенно перейти от состояния животности (даже демо ничности) к состоянию сына Божия. В этом спасение во Христе. Оно уже положено (как «Закваска») в человечество. И человеку, личности свободной и неповторимой, надо верою принять это спасение, поверив тому Единственному Человеку, в Котором полностью и до конца осуществилась Божественная Жизнь.
 
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:46 | Сообщение # 8
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
ДОГАДКИ О КОСМОСЕ

Существуют ли разумные существа в космосе? Если в каких-либо мирах вселенной они существуют и если они более развиты, чем мы, почему они до сих пор еще не дали нам знать о себе? Или до нас не долетели?.. Да и возможны ли межзвездные путешествия?.. Предполагаемые существа других миров космоса, может быть, уже долго и терпеливо сигнализируют нам из своих миров, а мы этого не понимаем, не знаем и не слышим.
Некоторые ученые думают, что если бы мы, люди, на земле, действительно, услышали некие понятные для нас разумные сигналы, идущие из других миров, это произвело бы в нас, во всем человечестве, психическое потрясение... Следует тут учесть и такую небольшую, но существенную подробность: только на один вопрос и ответ на него в «межзвезд¬ном контакте» потребовалось бы для нас по крайней мере, две или три тысячи лет! Какая ответственность легла бы на человека, которому бы пришлось составлять вопросы и ответы для межзвездного диалога. Только подумать, что после двух или трех тысяч лет ожидания ответа на свой вопрос человек на земле вдруг услышал бы из другого звездного мира: «А?... что вы говорите?».
Философы наших дней вдумываются в религиозное значение новей-ших научных открытий и не видят никакого, конечно, конфликта между религиозной верою и наукою, в факте пространственных полетов... Нельзя считать противоречащим вере в Бога и существование в космическом пространстве иных вселенных, других разумных существ... Только одно всегда надо иметь в виду при этом: как бы ни был велик и чудесен этот звездный мир, сияние которого мы видим над своей головой, есть еще мир гораздо более высокий: мир духа и истины. Этот мир нельзя отождествить ни с каким пространственным. Истина, правда, любовь, мудрость — выше времени и пространства; и дух — выше всех нам известных измерений.
Какие разумные существа могли бы быть в космосе? Американские ученые, «по-человечески» (не будем укорять их за это) рассуждающие о возможных обитателях космоса, считают, что там могут быть существа нравственно-подо6ные нашему человечеству, т. е. сотворенные Богом, так же, как и мы, духовно отпавшие от Творца и так же искупленные Боговоплощением, поставленные, как и мы, на лестницу совершенства... Существа других планет, если они существуют, могут быть нравственно падшими, но не искупленными... Тогда, конечно, лучше «держаться подальше» от подобных существ... Третий возможный тип обитателей Космоса — это существа, идущие к своему искуплению, нравственному преображению, бессмертию в Боге.
Еще другой тип космического существа возможен. Такой, которому Бог даровал, без участия его свободы воли, знания, свободу от страданий и смерти, но, может быть, без той высшей духовной судьбы «сынов Царствия Божия», которая готовится для людей в процессе испытания в земной жизни их нравственной свободы.
Есть еще возможность жизни в космосе (и она наиболее привлекательна для нас): человек, во всем подобный нашему, земному, но который, однако, не отпал от Бога, а находится в полной верности Богу в состоянии райской невинности и чистоты. Если цивилизация таких райских людей где-то существует в звездах, она, вероятно, явила множество прекрасных, «духовно-телесных» существ.
Контакт с «пространственными» существами мог бы произойти и по радио... Но ученый Артур Кларк предупреждает, что даже такая встреча могла бы оказаться чрезвычайно разрушительной для человечества. Другой ученый, К. Г. Юнг, еще более, чем Кларк, обеспокоен возможностью психофизического шока от первой встречи людей с пространственным существом.

 
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:47 | Сообщение # 9
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
Пространственные существа могут быть и не похожи на земного человека... Шапле считает, что зрительный аппарат человеческого глаза «развился под влиянием приспособления к сильной радиации, исходящей от наших звезд». Размышляя о том, «какой могут иметь внешний вид» иные пространственные существа, ученый Петр Ритнер говорит: «Мозг у такого существа мог бы находиться всюду, а не только в голове... Представьте себе огромную каплю протоплазмы, сплошь пронизанную высшей нервной тканью, вмещающей высокий разум...»
Может быть, некоторые будут все же встревожены перспективой встречи с подобными существами. Но вспомним слова Тейяр де Шардена: «Чтобы жить и развивать в себе христианское мировоззрение, нужна атмосфера величия и сознание звена, связующего нас со всей вселенной. Чем больше становится мир и чем более органическими становятся связи его внутреннего единства, тем ярче сияет свет Боговоплощения. Верующие люди сейчас это начинают все более понимать. В прошлом веке христиане были испуганы идеей эволюции; теперь они увидели, что эволюция, в сущности, дает людям новую чудесную возможность почувствовать свою общность с Богом, сотворившим мир, и еще более отдать свою жизнь Богу».
Да, большая наука сейчас не отводит от Бога; она приводит к высшей тайне жизни, к Богу, Источнику Света и спасения в вечности.
Размышления ученых о возможности иных разумных существ в космосе основываются на категориях и понятиях нашего земного чело¬вечества. Иначе ученые и не могут рассуждать. Но связь каких-либо неизвестных нам звездных существ с космосом не непременно предполагает их подчинение тем законам жизни, которые известны нам на земле. Земля — только один из очень малых — микроскопически малых — «уголков вселенной»! Гордиться нашей земной цивилизацией нечем. А явление на земле, в нашем человечестве, самого Живого Бога, полноты нравственного духовного Света в Лике Иисуса Христа, есть явление сверхприродное, а не следствие какой-либо механической эволюции или физической «закономерности»... Это чистое явление Безграничного Божьего Духа и Его милосердия. И это явление Христа, открывающее человеку мир Духа, и Истина есть Феномен, безмерно превосходящи весь космический мир. Сопряженность духа и материи может быть так совсем иная на звездах, чем на Земле. Законы жизни в иных галактик могут быть иные... Температура в миллионы градусов тепла может быть для каких-либо космических существ так же естественна, как для нас комнатная температура. И раскаленный газ водород, для дыхания «галактического существа», может быть столь же необходим, как кислород для человека... Этого всего мы не знаем... И в этом мире, может быть, никогда не узнаем. Тайна объемлет вселенную... Мы, люди, очень медленно раздвигаем круг своих, еще таких малых знаний о вселенной. И по мере умножения нашего знания все большая тайна окружает нас. Но сквозь эту великую тайну мира созревающий во внутреннем существе своем человек видит все более в духе и истине Свет совершенного, Божественного Бытия.
 
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:47 | Сообщение # 10
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
О ЕВАНГЕЛЬСКИХ И НЕ ЕВАНГЕЛЬСКИХ ГРЕШНИКАХ

Когда смотришь на евангельских грешников, слушаешь их слова и видишь их поступки, невольно думаешь, какие эти грешники, в сущности хорошие люди по сравнению с нами, с людьми нашей эпохи.
Вот, разъяренная нарушением заповеди Божьей, толпа подходит к Спасителю. Она влечет женщину, «взятую в прелюбодеянии», и готова ее за это побить камнями... Как благоговейно эта толпа выслушивает мудрый и кроткий ответ Спасителя на свой вопрос, и как сильно, живо говорит в это время совесть человеческая в каждом из этой толпы... Разве нечто такое возможно теперь? Безмолвные, обличаемые внутренним судом совести, эти грешники рассеиваются... Разве это могло бы произойти теперь? Трудно, во-первых, предположить, что люди наших лет, столь искренне и так религиозно стали бы возмущаться прелюбодеянием; этот грех теперь приукрашен, обвит всеми бумажными лентами литературы, театра, фильма. Это область бесчисленных подражаний, особого тщеславия и своей героики. Разве возможно сейчас проявление такого религиозного отношения к греху, как у этой еврейской и языческой иерусалимской толпы? Трудно себе представить, чтобы люди в каком-либо социальном современном коллективе могли так огненно ревновать об исполнении Божьего закона и так божественно-глубоко стыдиться при обличениях тихого и кроткого голоса духовного учителя... Смотрите, как начали все эти люди, один за другим, уходить «обличаемые совестью» своей! Не многие общественные обвинители ближнего могли бы сейчас проявить такую нравственную чуткость.
А грешный евангельский блудный сын... Как поражает он сознание наше тонкостью и глубиной своего покаяния. Удивительная душа, смиренностью своих чувств: «Отец, я недостоин называться твоим сыном, прими меня, как одного из наемников Твоих».
Встают перед нами и великие евангельские преступники, солгавшие Духу Святому, Анания и Сапфира... Внезапно они умирают от своего греха, утаив часть ими же самими добровольно отданного Богу имения. По сравнению с духовными лицемерами наших дней, не младенцы ли даже они?.. Сколько христиан и пастырей в наши дни обещают Господу Богу отдать всю свою жизнь, а отдают лишь ничтожную ее часть, утаивая прочее для своих эгоистических целей.
А мытари, современные Господу Иисусу Христу, эти сборщик налогов, нечестные чиновники первого века, которых так гнушался палестинский народ, не дети ли и они по сравнению со многим чиновниками наших дней во всех странах и народах мира?
Даже классический, вспоминаемый человечеством постоянно разбойник Варавва, освобожденный Пилатом вместо Христа, и, несомненно убивший кого-нибудь на дороге,— как можно определить его преступление по сравнению с методическим и сознательно-беспощадным умерщвлением, «ради государственной пользы», в наши дни, миллионов невинных жертв, с их женами и детьми?
 
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:47 | Сообщение # 11
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
Посмотрите на Закхея-мытаря — как он горячо устремляется к дереву, чтобы взобраться на него и — увидеть Спасителя! Как он хочет увидеть Спасителя! Как он радуется, что увидит Спасителя... Евангелие учит нас не только своими праведниками; оно нас ведет к покаяни к Богу и образами своих грешников, их человечностью, их чуткость к добру.
Вот они несут драгоценный алавастровый сосуд с миром и разбивавают его, чтоб помазать тело Иисусово; вот они горько плачут после своего отречения; вот они останавливаются на дороге, как Савл, пораженные небесным видением... Все они изменяют свою жизнь, или, осуждая себя на кресте своем, просят Господа «помянуть их».
Где наше миро, где наши слезы, где чуткость нашей совести, обличающей нас?.. Ничего этого не видно. Мы предаемся своим планам, проектам, чувствам, страстям и забываем кроткую, любящую нас истину Христову. Мы ушли далеко, не только от Евангелия, но даже от евангельских грешников!
Великую силу Господь вложил в Свое Слово. Древние грешники удивляют нас своей человечностью и смиренностью, светящейся сквозь их грех. Образами этих грешников, лишенных черт нашего бесконечного самодовольства и самолюбования, Господь хотел вразумить нас и утешить — ведь и мы тоже можем стать такими же человечными грішниками, если невозможна для нас большая любовь к Богу.
Господь хотел, может быть, вызвать в нас не слезы, а целые поток слез, при сравнении наших чувств с переживаниями этих евангельских грешников. Мы видим ясно, что такое — грешники Евангелия и что мы собою представляем, с нашей цивилизованностью.
Хвалящий себя в храме Иерусалима древний фарисей, конечно, дитя, по сравнению с открытой и прикрытой саморекламой многих общественных, политических, даже церковных деятелей нашего мира!
Евангельская греховность — это «пастушеская свирель» по сравнению с назойливой, оглушительной и бесстыдной музыкой греха наших дней. Не только единично, но и коллективно восстают люди нашего века против Духа Божия. Белое так настойчиво называется в мире черным и черное — белым... «Горы, падите на нас, и холмы, покройте нас»!
Кто имеет и наши дни силу шептать смиренную молитву мытаря. Мы все считаем себя благополучными мытарями, а ближних своих - фарисеями.
Мы не раскаиваемся, как Петр, и не отдаем нищим «пол-имения» как Закхей, от одного только взгляда Иисусова... Если бы мы могли только забыть елей, как неразумные евангельские девы! Или только закопать талант в печальную землю, ничего греховного не приобретая на него. Если бы, отвращая взор от Самой Истины, мы могли бы заниматься только своими семейными делами или благодушно испытывать своих волов... Но мы участвуем в преступлениях, входящих в мир, по, видом особой заботы о людях и народах.
Даже самый великий грешник Евангелия — Иуда, среди отчаяния своего, осознал свой грех; и, если не раскаялся в нем истинно, пред Богом, то все же бросил свои преступные деньги, 30 сребреников цену своего предательства, и, терзаемый совестью своей, сказал: «Предал я кровь неповинную». А разве не строится в наши дни, на невинных страданиях многих, мнимое благополучие людей и народов?
Вглядываясь в греховность, нам открытую в Евангелии, и всматриваясь в Жизнь человечества, нельзя не видеть, что стоит уже «при дверях» Суд последний над миром.
Сияя нам праведностью своих праведников, Евангелие учит нас и образами своих грешников. Чтобы мы, ни в чем не видя своей правды всю надежду возложили на Правду Христову. И, милостью Господа' вошли в нее.
 
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:48 | Сообщение # 12
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
РУССКАЯ СОВЕСТЬ

«Православным христианам, всякого звания людям, которые еще души свои от Бога не отвратили и ложною верою не прельстились, держатся благочестия, не примкнули к противникам своим... еще хотят за православную веру стоять, не щадя крови»,— так обращается к русским людям изданная государственным издательством «Художественная литература» книга «Русская повесть XVII века». Уже с первых страниц открывает она всю ширь нравственного горизонта русских людей; и видно, откуда в истории идет народная сила духа, каков смысл самой истории, где корни русской культуры. Доброе, достойное в жизни идет от Бога, а злое — от людей и через людей, извращающих о себе и о мире волю Божию.
Недостойных правителей, воли Божьей не исполняющих, автор повести называет кривителями. Кривителями являются не только правители, затемняющие в народах Божью истину, но и пристрастные судьи и вообще всякого звания и положения люди, не имеющие в совести Божьей правды.
«Новая повесть о преславном российском царстве» говорит об исповеднике веры в Смутное время, патриархе Гермогене: «Подивимся на пастыря нашего и учителя, великого святителя и отцов духовных отца, имя которого ведомо всем, что стоит непоколебимо, как столп, посреди нашей великой земли, посреди нашего великого государства. Он православную веру защищает и всех тех волков, явившихся на пагубу душ наших, увещевает и стоит один против всех... вместо оружия, только словом Божьим всем нашим соперникам заграждает уста и посрамляет их, отсылая от себя ни с чем. И нас всех укрепляет он и учит страха и угроз не бояться, от Бога душами своими не отступаться, а стоять крепко и единодушно за данную нам от Христа веру и за свои души».
Ясно и просто выражено здесь то, что надо народу и каждому человеку, особенно — в периоды исторических трудностей, искушений, зовов к неверию.
Древний русский автор, как пророк, взывает к своему народу. Он призывает русских людей глубоко сознать нравственные корни жизни. В конце этой повести, повести-прокламации, есть такое увещание: «...кто же письмо это возьмет и прочтет, пусть его не таит, а передаст не читавшим братьям своим, православным христианам. Пусть не будет скрыто оно от тех, кто за православную веру умереть хочет. Тем же, кто был ранее нашими же братьями, православными христианами, а ныне в душе своей от христианства отвратился и во врагов наших обратился, с врагами соединился... тем о письме ничего не говорите и читать его не давайте»... Здесь видим некое верное чувство эзотеризма истины.
Есть в этой книге и замечательный рассказ Дружины Осорьина, о матери его Иулиании. Из этого документа можно увидеть, как были на Руси в XVII веке женщины.
Автор рассказа, Дружина Осорьин, был, с 1625 по 1640 год, муромским губным старостой. Литературный комментарии справедливо отмечает, что «практическая деятельность, в качестве губного старосты, приучила Дружину Осорьина к внимательному наблюдению фактов и к точной передаче их. Привычным письменным языком для него был язык грамот и протоколов... Служебные навыки и наличие таланта обусловили создание им в высшей степени оригинального произведения. Героиня повести поставлена в такую колоритную бытовую обстановку, и ее дей¬ствия так тесно связаны с определенными историческими событиями и крупнейшими вопросами эпохи, что пред нами... портрет русской светской женщины конца XVI, начала XVII веков, хорошей жены, матери и хозяйки».
Литературовед тут не решается добавить, что образ Иулиании Осорьиной есть образ русской святой — Иулиании Лазаревской.
Вот ее жизнь.
Иулиания была дочерью ключника, при дворе царя Ивана Васильевича, Иустина Недюрева, и его жены Стефаниды. «Было ей шесть лет, когда умерла мать ее,— говорит ее сын,— и взяла ее к себе в землю Муромскую бабка ее, мать ее матери, жена Григория Лукина, вдова Анастасия, дочь Никифора Дубенского, и воспитывала она Иулианию во всяческом благоверии и чистоте также шесть лет. Когда же умерла бабка, по завещанию ее, взяла Иулианию к себе тетка ее Наталья, жена Путилы Арапова. Блаженная же Иулиания, с младых ногтей возлюбив Бога и Пречистую Его Матерь, весьма почитала тетку свою, во всем оказывала послушание и смирение, и молитву, и посту прилежала. И за то тетка часто бранила ее, а дочери насмехались над нею. Хотя и понуждали ее сверстницы много раз к играм и песням мирским, но она не присоединялась к обществу их и притворялась не понимающею, желая утаить свою добродетель. Только к прядению и к труду за пяльцами прилежание большое имела она, и не угасала свеча ее все ночи. И всех сирот и вдов немощных, что были в том селении, обшивала она, всякую помощь нуждающимся и больным оказывала, так что дивились все разуму ее и благонравию. И вселился в нее страх Божий. Не было в том селении церкви ближе, чем за два поприща, и не случалось ей в девичестве ни в церковь ходить, ни слышать чтение Слова Божьего, ни учителя у нее не было никогда, кто поучал бы во спасение, но благим разумением научилась она нраву добродетельному.
 
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:48 | Сообщение # 13
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
Когда же достигла она шестнадцати лет, была выдана замуж за человека добродетельного и богатого, по имени Георгий, по прозвищу Осорьин. И венчал их в селении мужа ее, в церкви праведного Лазаря, бывший здесь поп, по имени Потапий, Он поучал их, по правилам святых отцов, Закону Божию; она же слушала поучения и наставления внимательно и на деле исполняла их. Свекор и свекровь ее, видя разум и доброту ее всяческие, еще при жизни своей поручили ей ведать все домашнее устройство. А она со смирением подчинялась, ничего вопреки им не говорила, почитая их, и безотказно все приказания их исполняла, так что дивились все, глядя на нее. И многие обращались к ней с вопросами, а она на всякий вопрос пристойный и разумный ответ давала, и дивились все ее разуму, прославляя Бога. По вечерам же она много молилась Богу, отдавая по сто поклонов и более, а вставая утром, совершала то же вместе с мужем своим.
Продавая свое рукоделие, отдавала вырученное нищим и на церковное строение. И подавала многую милостыню она тайно от свекра и свекрови в ночи, днем же домашним хозяйством управляла. О вдовах и сиротах заботилась она, словно мать их собственная, своими руками и умывала их, и кормила, поила. И слуг и служанок наделяла достаточной пищей и одеждой, требуя дела от них по силе их, и уничижительными именами никого из них не называла. Не требовала она от слуг ни воды для умывания рук, ни развязывать ей сапоги, но все сама делала. А неразумных слуг и служанок наказывала смирением, и кротостью исправляла их, принимая вину на себя. Никого не оклеветала она. И возлагала всю надежду на Бога и на Пречистую Богородицу, призывала на помощь великого Чудотворца Николу, и получала от него помощь.
Малое же время спустя, наказание постигло русскую землю за грехи наши. Случился голод великий, и многие от того голода помирали. Она же тайно подавала многую милостыню... Принимая от свекрови пищу, сама не ела, но раздавала все голодным. И когда кто умирал, нанимала она омывать и выдавала деньги и все необходимое для погребения. А когда в селении их погребали кого-нибудь из умерших, за каждого молилась она об отпущении грехов.
Вскоре нашел мор сильный на людей, и многие умирали от чумы; оттого многие заперлись в своих домах; зараженных чумою в дом не пускали и к одежде их не прикасались. Она же тайно от свекра и свекрови многих зараженных обмывала в бане своими руками, лечила, молила Бога об исцелении их. А если умирал кто, она многих сирот умывала своими руками... Нанимала людей погребать умерших и сорокоуст заказывала.
И так прожив с мужем многие годы, во всякой добродетели и чистоте по закону Божию, родила сыновей и дочерей. Ненавидящий же добро враг тщился вред причинить ей, возбуждая меж детьми и слугами частые раздоры. Но она, разумно и со смыслом все разбирая, примиряла их. И подстрекнул враг одного из слуг, и убил тот сына их старшего. Потом убили на царской службе и другого их сына. Но она, хотя скорбела немало, но о душах их, а не о смерти; и почтила память их пением, молитвой и милостыней...».
Дружина Осорьин далее рассказывает о вдовстве своей матери, о ее подвиге во время другого голода на Руси, во время царя Бориса, когда доходили голодающие даже до людоедства. Не проросли хлеба, лошади и другой скот погибли. Умоляла она в это время детей своих и слуг не посягать ни на что чужое. Оставшуюся скотину, и одежду, и посуду всю продала за хлеб. И дойдя «до крайней нищеты, так что и зерна не осталось в доме, и тогда не смутилась она, но возложила все упование на Бога».
«Когда же приблизилась честная ее кончина, разболелась декабря в двадцать шестой день и лежала шесть дней. Днем лежа молилась, а ночью вставала молиться Богу», — говорит ее сын. «Января во второй День, на рассвете, призвала она отца духовного и причастилась Святых Тайн; затем села, призвала детей и слуг своих, поучая их любви, молитве и милостыне... И велела приготовить кадило, и вложить в него фимиам. И поцеловала всех бывших тут, дав всем мир и прощение, легла. Тогда, перекрестившись трижды и обвив четки вокруг руки своей, последнее слово сказала: «Слава Богу за все, в руки Твои, Господи, предаю дух мой. Аминь».
 
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:49 | Сообщение # 14
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
ОПРЕДЕЛЯЮЩАЯ ОБЩЕСТВО РЕАЛЬНОСТЬ

Общество человеческое сложно. И в глубине его, в глубине челове-ческой жизни, классового разграничения нет. «Классовое чувство» появилось и существует лишь как элемент человеческой психологии; им не творится вся судьба людей в истории; классовое, как всякое эгоистическое и партийное чувство, лишь частично выражает человека. «Пролетарская» наука, «пролетарская» культура, «буржуазное» искусство, «буржуазная» наука — это все понятия мифические. Истинное искусство одно, истинная наука одна; и все это деградируется, убивается при партийном или классовом его понимании. «Неправда марксизма, говорит Бердяев, в том, что марксизм не видит человека за классами, а видит лишь классы за человеком, и человек у него подчиненная функция класса».
Что сознание человека определяется в глубине своей не классом и не экономической стороной, и не животной стороной, а самой свободной и живой личностью, мы ясно видим из примера самих основоположников марксизма. Маркс и Энгельс, и Ленин, сами — яркое опровержение своей же собственной теории. Столпы марксизма вышли не из пролетарского, а из буржуазного общества. И не столько пресловутая «среда» влияла на них, в своем направлении, сколько они сами, как личности, всячески старались влиять — и влияли — на окружающую «среду». Всякий революционер тем и революционер, что ломает свою среду, свое классовое, расовое, партийное, т. е. ограниченное, коллективное сознание. История испещрена примерами яркого преодоления человеком своей среды и ее партийности. В других случаях (это более общее правило) ограниченность коллектива преодолевается личностью не революционно, а незаметно и частично, в том или ином отношении.
«Методологическая абстракция», по мнению Бердяева, «превраща¬ется у Маркса в конкретное учение о человеке, о самой человеческой природе, которая будто бы всегда и во всех случаях руководится экономическими интересами». «Производя человека от класса», а не классы от человека, Маркс не видит, что человек имеет свою свободную от класса внутреннюю природу, которая и есть его личность. Но верным открытием Маркса Бердяев считает его мысль, что «капитализм (каким Маркс его видел вокруг себя в Европе, в середине XIX века) превращает отношения людей в отношение вещей», «овеществляет людей». Мысль верная, но противоречащая материализму самого Маркса,— ведь считать, что в мире «ничего нет, кроме материи»,— это же значит овеществлять людей в высшей степени. Только подлинно религиозное мировоззрение, верящее в душу и необходимость ее спасения, несовме¬стимо с овеществлением, человека. В истории эта вера в бессмертие и высокое назначение человека всегда была и конфликте с хищнически инстинктами людей (как бы эти люди себя ни называли). Человек, конечно, причастен материи и ограничен ею в каких-то отношениях, но он, прежде всего, не материальная или экономическая единица, но живая душа, сотворенная для совершенства и бессмертия. Только при такой вере в человека возможна вера и в нравственный прогресс, достоинство и свободу личности человеческой. Мы «дети Божии», дети Божественной Любви,— в ней и только в ней раскрывается наша сущность, как и апофеоз всего мироздания.
 
ВиталийДата: Пятница, 04.03.2011, 09:50 | Сообщение # 15
Группа: Администраторы
Сообщений: 241
Репутация: 0
Статус: Offline
Маркс этого не видел. Он был слеп, не видел нравственную свободу человека и не верил в существование души. Но, подсознательно, Маркс был натурой, хоть и извращенного, но нравственного склада; хотя и демоническим путем ненависти, но он хотел помочь беднякам освободиться от экономической эксплуатации их. Маркс поставил проблему, которая не во всяком «христианском мозгу европейца» ставилась. Маркс этим сразу привлек и в России такие, вдохновлявшиеся нравственной стороной жизни, умы, как С. Н. Булгакова, П. Б. Струве, Н. А. Бердяева и других; после, узнав марксизм лучше, они отшатнулись от него, они увидели яд в его глубине; но пафос защиты бедняка был благородным и христианским пафосом, до которого так часто не доходили в истории и «христиане».
Марксизм вырос на дрожжах разложения нравственного сознания европейского общества, потерявшего христианскую «соль». Если нравственное сознание не приходит к человечеству «дверью», т. е. религией, оно демонически врывается к людям «в окно», т. к. и у зла нет иных влекущих людей аргументов, как добро; и даже кривое его подобие столь всегда легко способно увлечь человечество.
Ложна, конечно, идея, что стоит создать в мире лишь известные благоприятные экономические условия и установить какую-то определенную систему (о которой каждый думает на свой лад) — как сейчас зло исчезнет в мире и прекратится эксплуатация одних людей другими. Взгляд этот опровергается самой природой человека и свободой человеческой воли. Человек при всех экономических условиях способен быть как самым жертвенным праведником, так и последнейшим иудой, и дело «эксплуатации» не есть только монополия одной экономической области. Эксплуатируют люди друг друга в самых разных областях и при всех степенях родства. И исчезнуть эксплуатация может только тогда, когда исчезнет эгоизм, т. е. при подлинно евангельских отношениях людей друг к другу.
Эксплуатации не может быть там, где человек бескорыстно относится к своему ближнему и любит его не только как самого себя ( по Закону), но любит его более, чем себя (по Евангелию)... Злые богачи, конечно, любят эксплуатировать бедняков; но и всякий бедняк, если зол, став хоть немного и в чем-нибудь богачом, будет эксплуатировать не только бывших богачей, но и других бедняков. Порочен круг порочных чувств, и из него можно выйти человечеству только в онтологически-высшую область.
Не воображаемая (как в диалектическом материализме), а действительная победа добра над злом и счастливая жизнь может быть и будет достигнута только путем духовного преображения души, внутренне перерождения человека в Боге, верою в Божию святыню как источник и цель жизни. Ради такого коренного, экзистенциального спасения люд от зла и пришел в мир Христос Спаситель. Мы действительно способны люди, при всех своих социальных и экономических условиях, эгоистически эксплуатировать друг друга, и не обязательно только экономически. Лишь Евангельская правда, не связанная с каким-либо социальным классом и порядком, может изнутри, озаряя каждого человека, возродить обще¬ство и соединить людей истинным союзом. Христос Спаситель пришел, спасая самую сущность человека, через онтологическое это спасение возвысить всю атмосферу человеческой жизни. Бескорыстные, чистые и добрые люди не создадут плохого общества, эгоисты же, даже при самых лучших социальных формах (как бы их ни называли) и при самых благоприятных экономических условиях, останутся волками друг для друга и будут создавать лишь трудную, мучительную жизнь. Это, конечно, совсем не значит, что не надо искать и достигать лучших социальных форм в мире: нет, надо все улучшать в мире, и социальные формы, и государственные во всех странах; несомненно также: надо госу¬дарственными законами ограничивать хищничество и эгоизм от¬дельных людей, свобода которых переходит в своеволие, а также и коллективов (как бы консервативно или революционно эти коллективы себя ни называли). Но никакие государства своими законами, и никакие партии своими лозунгами и программами, и люди никаким насилием над другими людьми не смогут изменить человеческой природы к лучшему... Только на путях Божьего Закона и Благодати, на путях правды, чистоты и любви спасаются, истинно единятся и находят себя и свое благо люди.
Если не начнет поведением людей двигать эта абсолютная ценность Божьего Закона, ничто не удержит человечество от гибели. В диалектике материализма Маркса есть возможность бесконечного развязывания зла... И никакое государство, ни партия, ни экономический коллектив не в силах заменить человеку той свободы, которая есть само условие развития людей, их возвышения к своему истинному благу и счастью.
 
Форум » Основной » Книжный клуб » Архиепископ Иоанн (Шаховской). Книга свидетельств. (Нью-Иорк, 1965)
Страница 1 из 3123»
Поиск:

Контент: VVK; Скриптинг: SCAD's Design & Develop - 2017